Нет ничего страшнее, чем едущий в час пик по городу наркоман в «Оке». Это гонки на выживание одной реальности из другой. Ралли «Монте-Карло» отдыхает (какие там дороги! Какое бездорожье!), улицы княжества Монако вплели свою формулу в московский драйв. Все атрибуты компьютерной игры налицо: крутишь руль вправо – машина поворачивается вправо. Нажимаешь на газ – едет быстрее. На тормоз – тормозит. Отличная трехмерная декорация, вдоль дороги толпятся зрители, бросают цветы. «Мерседесы» (а вокруг только они) как-то враскарячку, боком уступают дорогу. Светофоры дают «зеленую улицу». Легко и музыкально в голове звучит одна немудреная мысль, выраженная когда-то Цоем: «Будь осторожен. Следи за собою». Какая музыка! Какая мудрость! Какой гашиш! Будь! Осторожен! Следи! Завтра погибнут все пассажиры!
    Я, честное слово, этого не хотел. Еще накануне я дал себе клятву больше не пить за рулем. Потому что той ночью меня сцапали, и я надышал в трубочку 0,9 промили. К своему стыду, я уже не помню, что такое промиля, но у этого слова в России, как говорит наш лондонский редактор, негативная коннотация. А денег не было. А права были. И пришлось целый час объяснять, почему одно есть, а другого нет. Хорошо, что они, в шинелях и сапогах, все равно тоже люди (что бы там ни говорили), а не только трубочки и палочки. Обидно было бы после нашей победы на поэтическом ристалище 22-го февраля остаться без прав. Но поэзия имеет огромный потенциал. Она действует на ментов, таможенников, других официальных лиц. Поэт имеет право провозить контрабанду. Поэт имеет право пить за рулем. И это знают в России все, просто иногда забывают – вот и приходится напоминать. Только я не хотел. Честное слово. Но теперь, так удачно расставшись с ГИБДД, что же, отказываться от великолепного гашиша ради мнимой безопасности передвижения? В конце концов, я же не пил, трубочкой меня теперь не возьмешь. Правда, если они заглянут в мои зрачки… ООО!
    Смогу ли я объяснить (напомнить?), что поэт в России имеет право укуриваться и рулить на «Оке» куда хочет? Не знаю, все-таки мы не в Бразилии или Голландии. Здесь важна уверенность. И ответственность куда выше. Уголовная ответственность. Хотя – почему? Я же не наркодиллер, не пушер какой-нибудь, не барыга, и вообще на кармане пусто. А укуренный или нет – такого прибора пока не изобрели. Так вперед! Главное не задеть Мерседес.
    Я еду по городу, который мне подмигивает как родному. Есть в нем, конечно, нечто такое, чего нет нигде. Неравнодушие, не-замкнутость людей. Жаль, что чаще всего это проявляется в агрессии. Вот задену Мерседес – и мне наверняка набьют морду. Или вообще убьют. Кстати, страховка на «Оку» давно кончилась, так что все равно кого задевать - даже если на меня наедет асфальтовый каток, виноватым сочтут меня. Но за каток не изувечат.
    Все-таки выигрышных вариантов куда больше, чем кажется. Накануне мне снился сон, что я в лепешку разбил «Оку» на каком-то голландском автобане. Потом настало утро – и что же? Я еду, укуренный насмерть, по широким улицам, и Голландия тут или Россия вопрос уже второстепенный. А что поделать? Я ведь всего лишь пытался устроиться на работу. У меня нет денег, потому что я безработный. Наркоман должен быть безработным. И ездить на ма-а-а-аленьком автомобильчике по большому городу, чтобы люди не теряли бдительность. То есть я как тот молоточек у Чехова со словами Фучека. Ну, это долго объяснять. Короче, я ехал устраиваться на работу в молодежный журнал. Для школьников. Его финансирует фонд по борьбе с наркотиками. И когда я приехал знакомился с учредителем, он сказал: «а у меня есть».
    Теперь вы понимаете, почему вокруг Монте-Карло. А все-таки я добираюсь до вожделенного подъезда, где друзья смотрят на меня большими печальными глазами. Я, кажется, опять не устроился на работу, зато обрел массу перспектив и укурился долларов на 20. Никакого сухого остатка. Одни удовольствия. Конечно, пора бы подзаработать хоть что-то на этом ежедневном шоу.
    
    С.Т.