ЖИЗНЬ И ПОСЛАНИЕ ТАХАРА БЕНЖЕЛЛУНА

...Привычная для Северной Африки того времени революционность рушилась в сюрреалистические сны, перемешанные с обрывками совокупных (так и хочется сказать - соборных, но цивилизация-то совсем другая, бегущая этого слова) народных воспоминаний, где перемешаны лихорадка молитвы, сперма, кровь, гной и пафос бунта. Бормотанье взрывалось песней, политический лозунг рушился в ночь, полную семейных перебранок и запретных страстей...

               См. далее

История (хоть это на современный вкус и слишком просто) полна высоких образцов, и – среди них – рассказов о людях, судьба которых имела смысл. Это присутствие смысла, красоты, самопожертвования служит своего рода камертоном для частной и отдельной жизни, настраивает, вдохновляет, поддерживает, бередит души и не даёт сосредоточиться на сиюминутном в обществе спектакля, где никто не помнит реплик, произнесенных мгновение тому назад. Таким образом, к человеку возвращается его человеческое бытие, духовная перспектива, присутствие и причастие (перед лицом смерти и бессмертия, жертвы и истины). Так причастность приходит на смену отчуждению, и вместо цифры является Слово.

               См. далее

России, о которой за последние месяцы было произнесено столько слов, всё равно придётся держаться своих корней, обратиться к собственному опыту, только не придуманному, а реальному. Потому что «общемирового» опыта, равно как и «цивилизованного мира», не существует. Есть британский и американский, немецкий и греческий, китайский и арабский. И какая цивилизация выйдет менее потрепанной из нынешней пляски глобализации – это ещё большой вопрос. Хотелось бы, чтоб наша. Многие говорят, что это как раз вряд ли. Но мы ещё поживём. Поборемся с фельетонной эпохой. Поглядим.

               См. далее

    Все люди делают вид, что они согласны с тем, что они родились, умрут, что русские, грузины, итальянцы, евреи. И страшно довольны этим обстоятельством. С другой стороны, у них есть выбор? Конечно, нет. Но вот почему я родился на какой-то государственной территории и могут быть гражданином только этого государства, я, хоть убей, не понимаю. Можно же выбрать. Как было бы приятно, если б люди свободно выбирали себе страну. Понятно, что так ничего не получится. Представляете, сколько народу в Европе, а в Ливии или в Нигерии - почти никого. Нет, сейчас меня заклюют за эти слова. Должна быть верность своей стране. А кто-то хочет быть верным Исландии. Но если он родился в Республике Чад, ему надо очень постараться.

               См. далее