Когда-то Восточная Германия была отдельной страной. Настолько отдельной, что её даже обнесли колючей проволокой - для сохранности. На выходе караулили злые собаки, помнившие запах каждого восточного немца. Особенно, членов партии. Но и беспартийных они жрали будь здоров, если те пытались убежать на Запад.

               См. далее

    Валентин: Ладно. (встает из-за стола, идет к соседней компании самураев с мрачными среднерусскими лицами, одетых в кимоно с отличительными знаками солнцевского клана) Господа, сделайте мне больно, прошу вас.
    Один из самураев раскрывает веер с надписью «иди на хуй». Валентин подходит к ним ближе и опускает руку в чашку с супом из каракатицы.
    Валентин: суп дымится, как сердитая Фудзи. Он, должно быть, горячий. Но я этого не чувствую.
    Солнцевский самурай (вздыхает): Ебаный сталин! И здесь покоя нет. (закрывает веер и лаконично бьет Валентина локтем в живот)
    Валентин (сгибается в полупоклоне): Еще можете?
    Самурай: Легко. Очки сними.

               См. далее

    Город был, как и все города, неказист. Серое рубище пространства с заплатами времени. Казенного вида церковь позапрошлого века, дом культуры с серпом и молотом на фронтоне, бывший завод, а ныне супермаркет - все одного блекло-желтого цвета. В стиле: бедненько, но чистенько На главной площади стоял Ленин-богатырь с рекламным щитом, на щите - докторская колбаса, нарисованная реалистично до тошноты.

               См. далее

    Похоже, что Татьяна оказалась бойкой штучкой, которая в короткий срок основательно выебала нашего поэта. Да и не только его. Стремительное сексуальное пробуждение девы так потрясло Валентина, что он даже начал использовать в своей поэзии обсценную лексику, чего прежде не позволял себе, будучи интеллигентным позднесоветским юношей.
    «Мир оказался множеством хуев» - начинает он стихотворение «Штурм девственной плевы». И продолжает: «Мой первым был, но что теперь с того?».

               См. далее

Тбилиссимо! Тбилиссимо! - во все горло кричал упитанный крупный попугай редкой породы с кокетливым розовым хохолком на башке. Всего пару недель назад он эмигрировал из России, но уже собирался в Берлин на конференцию перелетных птиц. Почему его туда пригласили? Даже не спрашивайте! Вечно этим говорящим достается все самое лучшее. Тбилиссимо!

               См. далее